Неточные совпадения
Так точно думал мой Евгений.
Он в первой юности своей
Был жертвой бурных заблуждений
И необузданных страстей.
Привычкой жизни избалован,
Одним на
время очарован,
Разочарованный другим,
Желаньем медленно томим,
Томим и ветреным успехом,
Внимая в шуме и в тиши
Роптанье вечное души,
Зевоту подавляя смехом:
Вот как убил он восемь
лет,
Утратя жизни
лучший цвет.
Тихо склонился он на руки подхватившим его козакам, и хлынула ручьем молодая кровь, подобно дорогому вину, которое несли в склянном сосуде из погреба неосторожные слуги, поскользнулись тут же у входа и разбили дорогую сулею: все разлилось на землю вино, и схватил себя за голову прибежавший хозяин, сберегавший его про
лучший случай в жизни, чтобы если приведет Бог на старости
лет встретиться с товарищем юности, то чтобы помянуть бы вместе с ним прежнее, иное
время, когда иначе и лучше веселился человек…
Дом американского консула Каннингама, который в то же
время и представитель здесь знаменитого американского торгового дома Россель и Ко, один из
лучших в Шанхае. Постройка такого дома обходится ‹в› 50 тысяч долларов. Кругом его парк, или, вернее, двор с деревьями. Широкая веранда опирается на красивую колоннаду.
Летом, должно быть, прохладно: солнце не ударяет в стекла, защищаемые посредством жалюзи. В подъезде, под навесом балкона, стояла большая пушка, направленная на улицу.
Cемен Константинович Двоекуров градоначальствовал в Глупове с 1762 по 1770
год. Подробного описания его градоначальствования не найдено, но, судя по тому, что оно соответствовало первым и притом самым блестящим
годам екатерининской эпохи, следует предполагать, что для Глупова это было едва ли не
лучшее время в его истории.
Нехлюдов тотчас же, несмотря на странный мундир и на то, что он
лет шесть не видал его, узнал в нем одного из
лучших друзей своего студенческого
времени.
«Депо» принадлежало Молодцовым, из семьи которых вышел известный тенор шестидесятых и семидесятых
годов П. А. Молодцов,
лучший Торопка того
времени.
Осенью 1853
года он пишет: «Сердце ноет при мысли, чем мы были прежде (то есть при мне) и чем стали теперь. Вино пьем по старой памяти, но веселья в сердце нет; только при воспоминании о тебе молодеет душа.
Лучшая, отраднейшая мечта моя в настоящее
время — еще раз увидеть тебя, да и она, кажется, не сбудется».
Новые друзья приняли нас горячо, гораздо лучше, чем два
года тому назад. В их главе стоял Грановский — ему принадлежит главное место этого пятилетия. Огарев был почти все
время в чужих краях. Грановский заменял его нам, и
лучшими минутами того
времени мы обязаны ему. Великая сила любви лежала в этой личности. Со многими я был согласнее в мнениях, но с ним я был ближе — там где-то, в глубине души.
Отец Василий был доволен своим приходом: он получал с него до пятисот рублей в
год и, кроме того, обработывал свою часть церковной земли. На эти средства в то
время можно было прожить хорошо, тем больше, что у него было всего двое детей-сыновей, из которых старший уже кончал курс в семинарии. Но были в уезде и
лучшие приходы, и он не без зависти указывал мне на них.
Я его видел тогда в трех ролях: Загорецкого, Хлестакова и Вихорева («Не в свои сани не садись»). Хлестаков выходил у него слишком «умно», как замечал кто-то в «Москвитянине» того
времени. Игра была бойкая, приятная, но без той особой ноты в создании наивно-пустейшего хлыща, без которой Хлестаков не будет понятен. И этот оттенок впоследствии (спустя с лишком двадцать
лет) гораздо более удавался М.П.Садовскому, который долго оставался нашим
лучшим Хлестаковым.
В нем, если взять его
лучшее время, до начала 60-х
годов, сказывалось очень большое соответствие между человеком и писателем.
Там я найду ту милую causerie, [беседу (франц.)] полную неуловимых petits riens, [безделиц (франц.)] которая, не прибавляя ничего существенного к моему благополучию, тем не менее разливает известный bien etre [благостный покой (франц.)] во всем моем существе и помогает мне хоть на
время забыть, что я не более, как печальный осколок сороковых
годов, живущий воспоминанием прошлых
лучших дней и тщетно усиливающийся примкнуть к настоящему, с его «шумом» и его «crudites». [грубостью (франц.)]
Составилась работоспособная редакция, а средств для издания было мало. Откликнулся на поддержку идейной газеты крупный железнодорожник В.К. фон Мекк и дал необходимую крупную сумму. Успех издания рос. Начали приглашаться
лучшие силы русской литературы, и 80-е
годы можно считать самым блестящим
временем газеты, с каждым днем все больше и больше завоевывавшей успех. Действительно, газета составлялась великолепно и оживилась свежестью информации, на что прежде мало обращалось внимания.
А.В. Насонов отдал ему издание за долги, но первое
время был редактором, а с 1886
года появилась подпись одного Щербова. Узнав это, все
лучшие сотрудники ушли, из художников остался один А.И. Лебедев, снова явился из «Будильника» Л.Л. Белянкин, после чего Щербов издательствовал недолго.
И опять спрашиваешь себя: что же ты сделал с своими
годами? куда ты схоронил свое
лучшее время?
Единственное объяснение той безумной жизни, противной сознанию
лучших людей всех
времен, которую ведут люди нашего
времени, в том, что молодые поколения обучаются бесчисленным самым трудным предметам: о состоянии небесных тел, о состоянии земли за миллионы
лет, о происхождении организмов и т. п., не обучаются они только тому одному, что всем и всегда нужно: тому, какой смысл человеческой жизни, как надо прожить ее, что думали об этом вопросе и как решили его мудрейшие люди всех веков.
Она вынула
лучшее столовое белье, вымытое, конечно, белее снега и выкатанное так, хоть сейчас вези на выставку; вынула, наконец, граненый хрусталь, принесенный еще в приданое покойною женою Петра Михайлыча, но хрусталь еще очень хороший, который употребляется только раза два в
год: в именины Петра Михайлыча и Настенькины, который во все остальное
время экономка хранила в своей собственной комнате, в особом шкапу, и пальцем никому не позволила до него дотронуться.
Первая его пьеса появилась в 1847
году; известно, что с того
времени до последних
годов даже
лучшие наши авторы почти потеряли след естественных стремлений народных и даже стали сомневаться в их существовании, а если иногда и чувствовали их веяние, то очень слабо, неопределенно, только в каких-нибудь частных случаях и, за немногими исключениями, почти никогда не умели найти для них истинного и приличного выражения.
Но для того, чтобы убедиться в этом, мне пришлось пережить много тяжелых
лет, многое сломать в душе своей, выбросить из памяти. А в то
время, когда я впервые встретил учителей жизни среди скучной и бессовестной действительности, — они показались мне людьми великой духовной силы,
лучшими людьми земли. Почти каждый из них судился, сидел в тюрьме, был высылаем из разных городов, странствовал по этапам с арестантами; все они жили осторожно, все прятались.
Дом занимаем порядочный, вдовы Бронниковой, которая позволяет нам на свой счет делать всевозможные поправки, и за это позволение берет 250 рублей в
год. Наружность нечто вроде станции в России, но расположение удобно. Для нас ничего
лучшего не нужно. Каждому можно быть у себя, и есть место, где можно быть вместе. [В доме Бронникова Пущин жил вместе с Е. П. Оболенским — до женитьбы последнего на В. С. Барановой.] Не перехожу сегодня на другую страницу.
Время обедать.
— Э, голубчик, перемелется, все мука будет. Надо пережить только первые дни.
Время лучший врач. Вы оба любите друг друга. Если Бог допустил умереть княгине такой страшной смертью — Его святая воля, надо примириться, и ты и она примиритесь. В Петербурге
год пролетит незаметно, и вы будете счастливы.
А
время проходит, те
лучшие годы, о которых говорит поэт.
Весна, бесспорно, самое
лучшее и самое поэтическое
время года, о чем писано и переписано поэтами всех стран и народов; но едва ли где-нибудь весна так хороша, как на далеком, глухом севере, где она является поразительным контрастом сравнительно с суровой зимой.
В 1871
году Уссурийский край навещает
лучший синолог того
времени — архимандрит Палладий.
Он вспомнил свою жизнь в Москве, в доме Архаровых и она показалась ему
лучшими пережитыми им
годами, хотя начало ее совпало со страшными впечатлениями, поразившими воображение семилетнего ребенка, каким он был во
время переезда с его маленькой сестрой в Москву из деревни его покойного отца.
Самое
лучшее было забросить эту проклятую Рублиху, но в переводе это значило загубить свою репутацию, а, продолжая работы, можно было, по меньшей мере, выиграть целый
год времени.
Нет-с, я старовер, и я сознательно старовер, потому что я знал
лучшее время, когда все это только разворачивалось и распочиналось; то было благородное
время, когда в Петербурге школа устраивалась возле школы, и молодежь, и наши дамы, и я, и моя жена, и ее сестра… я был начальником отделения, а она была дочь директора… но мы все, все были вместе: ни чинов, ни споров, ни попреков русским или польским происхождением и симпатиями, а все заодно, и… вдруг из Москвы пускают интригу, развивают ее, находят в Петербурге пособников, и вот в позапрошлом
году, когда меня послали сюда, на эту должность, я уже ничего не мог сгруппировать в Петербурге.
Как ни печальна была доля бедных девочек проводить
лучшее в
году летнее
время в душных помещениях «углов» и «подвалов» или в убогих квартирках под самой крышей, все же они были «дома» на «воле», а не взаперти, среди четырех стен казенного, мрачного здания. И рвалась из казны «на эту волю» сложная детская душа. Были между ними и такие счастливицы, которые попадали «на дачу».
Но, кроме своего высокого гастрономического достоинства, раки, как я уже сказал, играют очень важную роль в уженье, ибо служат самою
лучшею насадкою для всех рыбных пород, особенно линючие, которых в это
время года ничто заменить не может.
Лучшее время для ловли щук на жерлицы — конец
лета и первая половина осени; весною и в позднюю осень они берут мало.
Я не раз слыхал, что в свое
время Иван Неофитович был одним из
лучших танцоров на балах Московского Благородного Собрания. Он прекрасно владел французским языком и всю жизнь до глубокой старости с зеленым зонтиком на глазах продолжал читать «Journal des Debats. Высокого роста, но и когда я его помню, человеком
лет 45-ти, он уже был нетверд на ногах и ходил, как люди сильно выпившие, зигзагами.
Ей было в то
время 33
года —
лета лучшего расцвета женщины.
Лет через десять из Ханова выработался недюжинный актер. Он женился на молодой актрисе, пошли дети. К этому
времени положение актеров сильно изменилось к
лучшему. Вместо прежних бродячих трупп, полуголодных, полураздетых, вместо антрепренеров-эксплуататоров, игравших в деревянных сараях, явились антрепренеры-помещики, получавшие выкупные с крестьян. Они выстроили в городах роскошные театры и наперебой стали приглашать актеров, платя им безумные деньги.
В это
время Анне Михайловне шел двадцатый, а Дорушке пятнадцатый
год. Труды и заботы Анны Михайловны увенчались полным успехом: магазин ее приобретал день ото дня
лучшую репутацию, здоровье служило как нельзя лучше; Амур щадил их сердца и не шевелил своими мучительными стрелами: нечего желать было больше.
— А я весь свой век ворочал делами и в гору шел, не изменяя тому, что во мне заложили
лучшие годы, проведенные в университете. Вот мне и не хотят простить, что я шестидесятыми
годами отзываюсь, что я враг всякой татарской надувастики и рутины… И поползли клопы из всех щелей, — клопы, которым мы двадцать
лет назад пикнуть не давали. А по нынешнему
времени они ко двору.
И в ту пору взять с него нечего. А если да он уцелеет и со
временем в
лета взойдет, то может в монастырь пойти и все преотлично отмолить, да еще не за своей свечой и при чужом ладане. Чего ему еще по сиротству его ожидать
лучшего?
Охота с острогою может доставить много удовольствия особенно потому, что производится в позднюю осень, когда рыба уже перестала клевать, следственно первой,
лучшей из рыболовных охот, уже не существует, да и другими способами в это
время года ловить рыбу неудобно.
Не в
лучшем, однако, положении, как я сказал, был и Сафроныч, который проводил вое свое
время в трактирах и кабачках и при встречах злил немца желанием ему сто
лет здравствовать и двадцать на карачках ползать.
№ 1.Директор, генерал-майор Перский (из воспитанников
лучшего времени Первого же корпуса). Я определился в корпус в 1822
году вместе с моим старшим братом. Оба мы были еще маленькие. Отец привез нас на своих лошадях из Херсонской губернии, где у него было имение, жалованное «матушкою Екатериною». Аракчеев хотел отобрать у него это имение под военное поселение, но наш старик поднял такой шум и упротивность, что на него махнули рукой и подаренное ему «матушкою» имение оставили в его владении.
Узнаю потрясающие вещи. Ксения «изменила» искусству, бросила мечту о сцене, вышла замуж за одного молоденького офицера, друга детства, и занялась исключительно хозяйством. А Борис Коршунов, как-то застенчиво краснея и в то же
время гордо блестя глазами, сообщает мне Маруся, имел такой огромный успех за это
лето во Пскове, что, возомнив себя вполне законченным прекрасным актером, решил, что учиться ему нечему, да и ни к чему больше. К тому же, его пригласили на главные роли в один из
лучших театров столицы.
Нравы, собственно говоря, изменились еще более, чем здания, и тоже, может быть, не во всех отношениях к
лучшему. Перебирать и критиковать этого не будем, ибо «всякой вещи свое
время под солнцем», но пожалеть о том, что было мило нам в нашей юности, надеюсь, простительно, и кто, подобно мне, уже пережил
лучшие годы жизни, тот, вероятно, не осудит меня за маленькое пристрастие к тому старенькому, серому Киеву, в котором было еще очень много простоты, ныне совершенно исчезнувшей.